Как Лжедмирий чуть Россию не развалил

Август для России не самый лучший месяц. Если уж в истории этого государства случаются перевороты, то они, как правило, происходят в августе. Вот и история с Лжедмитрием I началась в августе 1604 августа, 25 числа по новому стилю.

В самой России о перевороте 1605 года говорить не любят, ведь после захвата власти Лжедмитрием на просторах Руси вольничали украинцы, поляки да шведы, хотя история самозванца и закончилась весьма быстро и трагично. Однако смута, которой он воспользовался и которую приумножил, еще долго царила на просторах земли Русской.

Предпосылки

Предпосылками восхождения самозванца на трон Руси послужило множество факторов. Прежде всего, катастрофическое положение дел в государстве, разрываемом внутренними конфликтами. Последней каплей стало восхождение на престол слабого и болезненного царя Федора в 1584 году.

Его называли Федор Блаженный. Вся его заслуга – лишь то, что он был третьим сыном Ивана Грозного и царицы Анастасии Романовны Захарьиной-Юрьевой, то есть являлся последним представителем московской ветви династии Рюриковичей. Но это не делало его сильным монархом. Федор родился слабым, и при дворе понимали, что царская кровь – это еще не показатель.

Есть упоминание того времени, в котором шведский король писал так: «Русские на своем языке называют его durak». Реально хозяйничал в Кремле Борис Годунов. Но настоящий династический кризис наступил в 1598 году, когда Федор умер, не оставив наследника. За несколько лет до этого, 25 мая (по новому стилю) 1591 года в Угличе погиб царевич Дмитрий Иванович, которому было всего восемь лет.

К наследнику Дмитрию мы еще вернемся, а пока поясним политический кризис в стране. Трон занят непонятно кем, легитимных наследников особо нет, в стране реальная смута и безвластие. После эры правления железного Ивана Грозного на Руси наступило время расслабления и вседозволенности, которые так и войдут в историю, как Смута.

Гонку за власть фактически выиграл Борис Годунов, который смог доказать свое дальнее родство с Рюриковичами. Бояре, в целом уставшие от малодушного Федора, были согласны на Годунова, а вот народ не желал видеть Бориса на троне. Ему не могли простить давнюю историю с царевичем Дмитрием…

Малолетний царевич

Вот теперь самое время вспомнить, кем приходился русскому трону малолетний Дмитрий Иванович, один из наследников Ивана Грозного. Дело в том, что Грозный в отношениях с женщинами был тот еще молодец. Их у него было много, и почти с каждой из них он расписывался. Вернее, тогда ЗАГСов не было, и он бегал жениться в церковь.

Но церковь устала постоянно венчать и развенчивать браки царя, поэтому после третьего брака сказала «баста». А Грозный все равно продолжал водить туда своих пассий. И когда Иван Васильевич привел шестую жену под венец, те даже дверь не открыли и сказали, что признавать ее не будут.

Грозный с молодой Марией Нагой развернулись и ушли в хоромы праздновать свадьбу по гражданским законам. После этого у них родился очередной наследник, которого назвали Дмитрием Ивановичем. При дворе царевича в список законных претендентов на трон не вписали, поскольку и так список был длинный, и все такие же нелегитимные.

С рождением Дмитрия с первого дня все было не так. Дело в том, что родился он 19 октября, как и первенец Грозного – рожденный почти за 30 лет до этого в браке с царицей Анастасией Романовной мальчик получил имя при крещении Дмитрий, умер во младенчестве. Историки считают, что это не совпадение, но некоторая путаница при летописании, поскольку ну никак не мог царь назвать второго ребенка тем же именем, что и первенца, родившегося в одно число. Как бы там ни было, в историю ребенок от шестой жены Грозного войдет под именем Дмитрий.

Когда Иван Васильевич упокоился навеки, занявший его место на престоле Федор Иванович своего сводного брата отправил подальше от Москвы, в Углич, в надежде, что тот тихо зачахнет в стенах монастыря вместе со своей мамашей-регентшей. Хоть и говорили про Федора, мол, глуп тот был, но угрозу со стороны ребенка чувствовал и рисковать не хотел. Да при дворе и разговоров только и было, что Федор как царь вообще никакой, а вот Дмитрий Иванович подрастет и займет трон, авось хоть он в папеньку пойдет и будет достойным тираном и деспотом.

Вот так прямо и говорили: «Младший брат царя, дитя лет шести или семи, содержится в отдаленном месте от Москвы, под надзором матери и родственников из дома Нагих... Он (говорят) находит удовольствие в том, чтобы смотреть, как убивают овец и вообще домашний скот, видеть перерезанное горло, когда течет из него кровь (тогда как дети обыкновенно боятся этого), и бить палкой гусей и кур до тех пор, пока они не издохнут». (Флетчер Дж. О государстве русском)

Разговоры эти ни Федору, ни Борису Годунову, обитавшему при дворе, не нравились. Поэтому в 1591 году 25 мая малолетний незаконнорожденный царевич Дмитрий случайно наткнулся на свайку (заостренный металлический стержень для игры) и умер.

Официальная версия гласила: во время игры с острыми металлическими предметами у царевича случился припадок эпилепсии, он сам наткнулся на острый кол и проткнул себе шею. «Она того не уберегла, как пришла на царевича болезнь черная, а у него в те поры был нож в руках, и он ножем покололся, и она царевича взяла к себе на руки, и у нее царевича на руках и не стало», – оправдывалась кормилица Арина Тучкова. Следствие полностью согласилось со словами немногочисленных свидетелей, а версию с умышленным убийством даже не рассматривало, как царица и ее брат не пытались доказать, что сына зарезали Осип Волохов, Никита Качалов да Данила Битяговский по прямому приказу Кремля.

Смерть царевича

Эти трое, кстати, никаких показаний дать не успели, поскольку разгневанная толпа именно их застала над окровавленным телом ребенка и в порыве гнева растерзала всех троих. Времена были дикие, раз не успел убежать, значит виновен. Углич еще долго бунтовал, и даже выводы официальной комиссии о том, что то был несчастный случай, не могли успокоить людей. Уж больно рука Кремля им не нравилась и слишком много надежд тогдашнее «Замкадье» возлагало на царевича Дмитрия Ивановича.

А после того несчастного случая поползли слухи, что Дмитрий не погиб, а был тайно переправлен в Польшу через Украину и что он там будет жить и ждать своего часа. Такие разговоры доползли до Москвы, и они снова не понравились ни Федору, ни Борису Годунову, который от двора далеко не отлучался.

И когда Федор воссоединился с папенькой на небесах, взошедший официально на