Непримиримая Голда

Дочь плотника из Киева, ставшая премьер-министром Израиля. С детства она мечтала об одном – чтобы у нее и у миллионов рассеянных по всему свету соотечественников появилась родина. Мать Израильского государства, одна из самых влиятельных женщин-политиков за всю историю. Несгибаемая и непримиримая мечтательница Голда Меир родилась 120 лет назад.

Мать Израильского государства

«Если Бен-Гурион – это отец Израильского государства, то Голда Меир – его мать», – утверждают сами израильтяне. Она стала одной из первых женщин планеты, добившихся положения главы правительства. Никогда не настаивала на преданности своей особе – только идеям, в которые верила сама. И здесь как политик она не допускала никаких уступок. Для нее в этом мире все делилось на черное и белое. И тот, кто не соглашался с ее мировоззрением, превращался в идейного и личного неприятеля.

Но, несмотря на расхожую в ее времена поговорку, что «Голда – единственный мужчина в правительстве», она оставалась просто женщиной: преданной, любящей матерью и бабушкой, хозяйкой и хранительницей домашнего очага. Обожала готовить и редко упускала случай побаловать своей стряпней близких.

И что интересно, политическая «кухня Голды», которую неоднократно склоняли ее недруги, подразумевая под этим место, где в действительности решались значимые государственные вопросы, в жизни была не чем иным как просто кухней, где премьер-министр по обыкновению наслаждалась кофе, выкуривала одну сигарету за другой, вела разговоры и консультировалась с друзьями.

И по отношению к людям она довольно часто вела себя типично по-женски. Ее оценка в большинстве случаев базировалась на иррациональных ощущениях и природной интуиции. И уж если премьер-министр сформировала мнение о том или ином человеке, изменить его возможно было только под давлением веских аргументов.

Киевлянка-американка

С детских лет и до конца жизни в памяти Голды остались ужасные дни еврейских погромов в Киеве. Она родилась в этом городе в мае 1898 года. Ее отцу, Мойше Ицхаку Мабовичу, плотнику, перебивавшемуся случайными заказами, с трудом удавалось содержать многочисленную семью. Основным добытчиком являлась мать Блюме – довольно энергичная и предприимчивая дама, подрабатывавшая кормилицей.

Бывало, родители, спасаясь от черносотенцев, заколачивали двери досками, при этом пряча детей под кроватью. В один из таких дней девочка в безумных криках пьяных и разнузданных погромщиков впервые услышала слово «христоубийцы». Уже в преклонном возрасте она вспоминала: «Я помню, как я была испугана и как сердилась».

Вымученная непрерывным страхом, семья нелегально выехала сначала в Европу, а затем в Америку, где и обосновалась в маленьком городке Милуоки. И хотя Мабовичи поселились в небогатом иудейском квартале, в доме с двумя комнатами, кухней и верандой, по сравнению с Киевом Голде казалось, что они сделались богачами.

Здесь смышленая и подвижная девочка пошла в школу, а ее увлечение учебой омрачало лишь то, что в семье Мабовичей получение знаний не являлось задачей первоочередной значимости, особенно для девочек. Мать зачастую повторяла дочери: «Не стоит быть слишком умной. Мужчины не любят умных девушек».

На момент окончания начальной школы в семье возникла конфликтная ситуация: Голда стремилась продолжить образование, а родители видели ее непременной помощницей в небольшом бакалейном бизнесе матери.

«Золотая девушка» сионистского движения

Мать, дабы сломить упрямство младшей дочери, подыскала 14-летней Голде вполне солидного жениха – 30-летнего коммивояжера Гудштейна. Однако бескомпромиссная и самоуверенная девушка пошла против воли родителей. Сбежав из дому, уехала к замужней старшей сестре Шане в Денвер, где планировала продолжить учебу и стать учительницей.

Сестра беглянки придерживалась социалистических взглядов и предоставляла свою квартиру для проведения еженедельных сионистских собраний, на которых велись дискуссии о возрождении еврейского государства. Сначала Голда принимала активное участие в бурных обсуждениях, а затем начала выступать на митингах, демонстрируя незаурядный ораторский талант.

Глубоко проникшись идеей сионизма, 17-летняя девушка вступила в организацию «Рабочие Сиона», а через пару лет стала делегатом Американского сионистского конгресса в Филадельфии. На это время приходится и ее знакомство с прибалтийским евреем-интеллектуалом Морисом Меерсоном. Он зарабатывал раскрашиванием дорожных знаков и поддерживал взгляды Голды.

Она вышла за него замуж. А параллельно всецело отдалась идее создания Еврейского государства. Юная сионистка, носившая имя Голда, что значит «золотая», трансформировала и фамилию в Меир, что переводится как «озаряющая».

Она ездила по стране, выступала с пламенными речами, в которых призывала американских евреев консолидировать свои усилия для воскрешения собственной страны. Степень ее политической экзальтации была настолько велика, что девушка была готова записаться в добровольческий легион, чтобы воевать.

Вероятно, с этого момента Меир начала задумываться о том, чтобы возвратиться на Землю обетованную. На удивление муж не был против столь безрассудного замысла супруги, и в конце мая 1921 года они отправились в Палестину.

На Божьих просторах

Меир и ее муж оказались в окрестностях Тель-Авива. Чтобы выжить, вступили в кибуц около селения Мерхавия, что переводится как «Божьи просторы». Голда уже тогда решила превратить эту замершую полоску пустыни в свой постоянный дом.

Она преподавала английский и сажала деревья в пустыне. Затем обзавелась прачечной, чтобы прокормить семью, в которой было уже двое детей. И хотя у нее в то время была всего лишь пара платьев и она не пользовалась косметикой, «ее глаза были полны волшебства», а в личной жизни непрерывно окружали негласные романтические отношения.

В 30-е годы Голда, объездила весь мир как представитель Всемирной сионисткой организации и Еврейского агентства за Палестину. Она занимала множество постов, включая пост секретаря правления Cupat Holim и фирмы, занимающейся медицинским обслуживанием большей части палестинского еврейского населения.

Известная в тот период как Золотая Девушка сионистского движения, она жила практически по-спартански: зачастую у нее не было электричества, газа, персонального телефона, а спать приходилось на кушетке. И хотя Меир могла плакать, когда не было еды, отпор вооруженным мужчинам она всегда давала с невозмутимым спокойствием.

Просто так получилось…

Когда же в 1946 году ООН проголосовала за раздел Палестины и независимость Израиля, госсекретарь США Джеймс Форрестол получил повод заявить: «45 миллионов арабов собираются сбросить 250 тысяч евреев прямо в океан». И чтобы решить проблемы, возникшие на пути становления независимой родины и избежать надвигающейся войны, Меир решилась встретиться с королем Иордании Абдуллахом.

Друзья предупредили ее, что она может умереть, на это Голда ответила: «Я готова пойти в ад, если это даст шанс спасти жизнь хотя бы одного еврейского солдата». Переодевшись арабкой, она пересекла границу. И что интересно, в ходе политических переговоров с королем Голда имела наглость заявить ему, что в случае войны Израиль в ней непременно победит.

Еще одной миссией этого неординарного политика в деле создания новой нации была задача собрать деньги, чтобы спасти ее от немедленного истребления. Преодолев все трудности, патриотка совершила величайшее чудо в истории долгой борьбы Израиля за свободу. Используя свою магическую привлекательность и неистощимую энергию, она буквально в течение трех месяцев собрала 50 миллионов долларов.

К слову, эта сумма в три раза превышала годовую добычу нефти в Саудовской Аравии в 1947 году. Потрясенный Бен-Гурион тогда сказал: «Когда-нибудь, когда история будет написана, там обязательно будет упомянуто, что была такая еврейская женщина, которая достала деньги, сделавшие наше государство возможным».

Беженка, выросшая в гетто Милуоки, стала единственной женщиной, подписавшей Декларацию независимости Израиля, его первым послом в России, его первым министром труда и социального страхования, первой женщиной-министром иностранных дел и, наконец, первой и единственной женщиной-премьером.

Выйдя в отставку в 76 лет, мать Израильского государства записала в своей автобиографии: «Я не выбирала карьеру. Я не выбирала профессию. Просто так получилось». На самом деле она выбрала мечту и сумела реализовать ее в полной мере.

Правила жизни Голды Меир

* Политический лидер, который не колеблется, прежде чем ввергнуть свой народ в войну, не имеет права быть лидером.

* Нет разницы между убийством человека и принятием решения, в результате которого этого человека убьют другие. Это в точности то же самое, если не хуже.

* Недостаточно верить во что-нибудь, надо еще иметь запас жизненной силы, чтобы преодолевать препятствия, бороться. * Не будь так скромен – ты еще не настолько велик.

* Предпочитаю осуждение соболезнованию.

* Пессимизм – это роскошь, которую евреи не могут себе позволить.

* Мы не радуемся победам. Мы радуемся, когда выращен новый сорт хлопка и когда в Израиле цветет земляника.

* Я поняла, что в конфликте между долгом и самыми сокровенными желаниями долг для меня важнее.

* Мне не удалось сделать наш брак удачным… Трагедия была не в том, что Моррис меня не понимал, – напротив, он слишком хорошо меня понимал и знал, что не может ни создать меня заново, ни переделать. Я оставалась сама собой, а из-за этого у него не могло быть такой жены, которую он хотел бы иметь и в которой нуждался.

Неделя с Аргументами. Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия редакции

© 2017 Еженедельники "Аргументы недели", "События недели"

Обратная связь: