Егор Крутоголов: «Дизель» – это моя точка силы

Соскучились по нашим звездам? Они, артисты, тоже безумно скучают по живым выступлениям и энергии зрительного зала. О том, как звезды переживают нелегкие времена, нам рассказал Егор Крутоголов – актер и художественный руководитель любимого «Дизель Шоу».


– Егор, ну давайте без шуток – как на счет того, чтобы рвануть в политику?


(смеется) Я ведь очень похож на политического деятеля, да? На самом деле я сейчас в тренде, ведь они там, а я по другую сторону баррикады – я их всех теперь играю.


– Так это же начало карьеры! Сейчас популярно начинать с того, что играешь президента, а потом становишься президентом. Егор, можно же начинать с депутатов…


– Мне кажется, это конец. Актерской карьеры точно. Мне задавали уже такие вопросы, причем не только журналисты, а серьезные дяди, которые поняли, что это работает – трансформация популярности в электорат. Мне такие предложения, конечно, льстят, спасибо больше, но мне здесь хорошо. Мое призвание веселить людей, и такой дар дается далеко не каждому. Согласитесь, есть люди, которые хотят это делать, но у них не получается, а они продолжают. Спасибо Создателю, что он меня наградил даром быть смешным. Ведь я делаю жизнь людей лучше и дольше, моя миссия – продлевать смехом жизни людей. Это намного глобальнее и светлее, чем быть президентом.


– А как же деньги? Политики зарабатывают больше, верно?


– Мои деньги намного честнее. Ведь не секрет, зачем сегодня люди идут в большую политику. Думаю, я не смог бы спать спокойно, если бы согласился. Мое убеждение в том, что политика – это большое зло планетарного масштаба.


– Егор и Дизель. Сколько лет этой истории?


– Честно? Конкретно «Дизель Шоу» – это пять лет. А вот Дизель – это все двадцать. Нас изначально было четверо, понаехавших в Киев, – это Михаил Шинкаренко, Александр Бережок, Евгений Гашенко и я. Мы приехали искать свое счастье, и я всегда был убежден, что у нас очень хороший потенциал. Я верил, что мы реально талантливые люди, которым просто нужно найти свою нишу. Мы прошли школу КВН, мы искали, тыкались по разным проектам. У нас были важные навыки благодаря КВН – мы умели работать для телевидения, зная его принципы. Потом пришло понимание, что будучи частью каких-то чужих проектов, мы не оставим собственный след в истории юмора.


– То есть свою нишу вы создали себе сами?


– Да. Мы даже свое место в эфире, а это пятница вечер, придумали. Все ведь хотят в субботу, а мы решили в пятницу и у нас получилось. Вначале нам было страшновато, ведь основное место в нашем шоу принадлежит бытовому юмору, а не политическому, как это было принято. Были большие дебаты с моими партнерами по поводу затрагивания пласта политического юмора. Политика – это всегда много тем. Такое впечатление, что политики стоят с лопатами и специально подкидывают эти поводы для шуток. Казалось бы, беспроигрышный вариант, но я отстаивал свою точку зрения. Конечно, у нас проскакивает политический юмор, но мы стараемся подавать его через социальную тематику.


– И как выяснилось, вы были абсолютно правы – формат шуток «Дизель Шоу» очень заходит зрителю!


– Мы над этим очень много работаем. В том числе используем социальные исследования, опросы. На это уходят большие деньги. Мы хорошо «видим» своего зрителя и понимаем, для кого работаем. Единственное, на что мы не рассчитывали и не ожидали – это огромного количества детей. Дети – это некоммерческая аудитория, говоря словами маркетологов. То есть проектов для детей практически не делается. А мы им «зашли», и у нас растет своя чудесная детская аудитория. И это классно и очень ответственно! Мы начали закладывать в актерскую игру и в юмор понимание того, что нас смотрят юные зрители. Мы любим похулиганить, но тут появились дети (смеется) и мы начали сдерживаться. Так что «Дизель Шоу» – это продукт для семейного просмотра. И мне это особенно приятно, я очень люблю детей и сам дважды папанька. Дети – это самое интересное, что есть в этой жизни.


– Кстати, о детях. На родительские собрания ходите?


– Вот как раз собираюсь. У Левы новая школа, начальную он уже закончил, а Максу пока только годик. Я знаком с директором и учительницей, поскольку мне важно, кто будет влиять на моего ребенка большую часть дня. Они знают фамилию, знают, кто такой Лева и папа Левы. Не могу не похвастаться, но Лева – чемпион Украины по картингу и у него своя серьезная репутация.

Я не могу сказать, что у сына особые привилегии. Первые четыре класса он учился в обычной школе, и, когда у него произошла драка, я просто отвел Леву к классному тренеру по боксу. В пятый класс он пошел в частную школу, потому что она нам удобней, но скажу честно, что она не дорогая, обычная для Киева.


– Хорошо водить машину – это у вас семейное?


– Я большой фанат автоспорта и скорости. Кстати, я когда-то зарабатывал перегонкой машин. Раньше я ездил намного быстрее, но сейчас выбрал путь ответственного водителя. Я стал спокойнее, хотя прошел все этапы вот этой «дорожной ярости». Я люблю людей, по крайней мере до того момента, как они меня разочаруют. А такое на дороге случается практически после первого перекрестка. Но я уже не вступаю в конфликты и споры. Я же понимаю, что у меня заметная машина с нашими фирменными номерами, и я не могу себе позволить нарушать правила. Я забочусь об имидже «Дизелей», а он начинается с каждого из нас. Я как все стою в пробках, стараюсь не нервничать. Это в творческом процессе я вспыльчивый, но на дороге я должен быть образцовым водителем, поскольку являюсь публичной персоной.


– Авария многое изменила?


– Да. Страх появился, честно скажу. Боюсь, например, когда сзади автобус большой подъезжает или фура. Если бы я мог из памяти достать момент аварии и куда-то его деть, так бы и сделал. Но это теперь навсегда со мной.