Как мы стали спасателями (история одного дрессировочного лагеря)

Скажу сразу: настоящими спасателями на воде – профессиональными, в самом что ни на есть серьезном смысле этого слова – мы с моим лабрадором не стали. Не вытаскивали из глубоких горных ручьев орущих младенцев; не помогали отбившимся от берега рыбакам; не бросались героически к тонущему судну… Даже городские пляжи не патрулировали. Может быть, пока.

Мы всего лишь с головой окунулись в увлекательный вид спорта – ССВ: служба спасения на водах.

Посвящается Юрию Малеву,

судье и тренеру по ССВ,

который вдохновил

на занятия этим видом спорта,

и Гульнаре Марковой,

не менее судье и тренеру по ССВ,

которая не позволяет

этому вдохновению иссякнуть.

1

Сначала мы ехали. Мы – это я с моим сыном, пятилетним Максом, да моя знакомая - Наташа, которая не так давно научилась крепко держать руль своего «Фольксвагена». И две чудесных собаки, ради которых, собственно, и была затеяна поездка в дрессировочный лагерь. Одна - моя шоколадная округлая лабрадор Брэда, постоянно находящаяся в стадии «не мешало бы скинуть пару кило»; другая – белая, чуть угловатая, стремительная швейцарская овчарка Криста, телосложение которой намекало, что ей эта пара кило точно не помешает. Словом, парочка еще та. Решение сделать из собак настоящих спасателей на воде было незыблемым; и посему, впихнув в авто все, что свободно могло бы разместиться в небольшом автобусе, мы покатили.

Как меня угораздило заняться ССВ – ума не приложу. Нет, начиналось все довольно прозаично: дочка упорно выпрашивала собаку. Лабрадора. Потому что жизнь без собаки просто напрасна. И она готова на любые подвиги ради четвероногого друга. Уже тогда, слыша столь горячие обещания заботиться о животном, я чувствовала подвох.

Собаку взяли в начале лета, и дочь целый месяц исправно уделяла ей внимание. А в сентябре и случилось то самое: школа, тренировки в бассейне, кино по выходным… И осталась я с лабрадором один на один. Не скажу, что это было для меня совершеннейшей неожиданностью. В глубине души я понимала, что именно этим приобретение собаки и закончится – пара просительных глаз появится перед холодильником. Но я-то мама не промах! К такому случаю у меня уже была подготовлена стратегия. Нужно просто выдрессировать собаку таким образом, чтобы Маше стало интересно общество пса – и все! Гениально!

Но чем же заняться? Охота не подходила нам по мировоззрению, а аджилити – по фигуре. А вот спасение на воде – самое то! Дочка будет в восторге!

Через год я, потрясая перед Машей гидрокостюмом и выигранными кубками, возмущенно говорила: «Ты посмотри, до чего ты мать довела? Болтаюсь в холодной воде, езжу черт знает куда в дрессировочные лагеря! А ты? ». Маша понимающе кивала, но интереса и инициативы не проявляла. А я, что называется, влипла в это дело намертво. И вот ехала туда в очередной раз….

Автомобиль глотал километры. За окном то выплясывали деревья, то лениво тянулись заливные луга, изредка передернутые блестящими лентами рек. Небо свисало бездонно-голубой чашей, в которой причудливо парили облака. Час, второй, третий…. Красота природы постепенно меркла перед затекшими ногами. Брэда роняла на меня тяжелую слюну, Криста норовила зацепить лапой коробку передач. Максим импровизировал песни на тему окружающего мира. Желание прибыть на место поскорее усиливалось с каждой минутой.

И вот уже все быстрее замелькали сосны, а колеса ощутили пыль проселочной дороги. Указатели заманивали нас все дальше в места неприхотливого отдыха на реке. Поворот, еще один…

- Скажите, а с собаками на вашей базе останавливаются?

- Да, на нашей! Проезжайте!

Наш домик представлял собой уникальный шедевр архитектуры советского периода. Исправные прорези окон с выкрашенными белой пузырившейся краской рамами искусно дополняли стремительно рвавшуюся вверх жестяную крышу. Чуть покосившиеся деревянные ступени крыльца подпирали тонкую, почти невесомую, дверь. Зеленые с голубым наружные стены символизировали умиротворение и полное слияние с природой.

Внутри двухэтажный фанерный особняк был почти сплошь заставлен кроватями с некогда упругими матрасами и пышными подушками. На второй этаж вела узкая лестница, вдоль которой были наклеены обои с претензией на роскошь. Правда, уже изрядно выцветшие и потертые. Апартаменты под крышей украшало трюмо с тусклыми испуганными зеркалами, которые только приумножали и без того значительное количество спальных мест. На первом этаже урчал старый холодильник и неторопливо всхлипывал душ с горячей водой, который, собственно, и возводил это пристанище в категорию VIP.

Оказалось, что прелести летнего жилища с нами делит еще одна поклонница спасения на воде – стеснительная барышня Катя, которая привезла с собой в лагерь весьма живую нюшечку Лялю, мужа, утюг и большой красный таз для стирки. Без которого, видимо, она не представляла никакого спасения. А чуть поодаль, за столом под деревянным навесом, уже сидела развеселая компания профессионалов, которые в деле ССВ, что называется, не одну собаку съели.

- Таня, а что это там с тобой беленькое такое приехало?

- Овчарка это, швейцарская, Криста. Ну, и Наташа.

- Вот это? – Андрей неподдельно удивился, чуть не расплескав пиво. – Да это же лайка! Ха! У меня Герра тогда тоже овчарка, только черная!

Разговор плавно перешел в племенные кинологические дебри…

… Мы складывали в домик сумки, пакеты, рюкзаки. Смолистые сосновые иголки цеплялись за обувь и собачьи лапы, заносились в дом, и оставив там едва уловимый клейкий аромат, вновь выносились на улицу. Приехали.

2

Утро началось бодро. На гладком столбе трепыхался листочек бумаги, где твердой и суровой рукой нашего тренера – требовательной и бескомпромиссной Гульнары - было написано расписание занятий, которое гласило: «Брэда и Криста – 8.00». До этого времени нужно было успеть сделать кучу дел. Соорудить завтрак и чай в мультиварке; накормить полученным хотя бы Максима, собрать необходимую амуницию для дрессировки, взять лакомства и, собственно, собаку. А затем легкой непринужденной походкой отправиться к берегу водоема, затянувшись в гидрокостюмы для дайвинга, словно рыцари в латы.

Почему именно гидрокостюмы? Как же без них? Во-первых, это заявка на серьезность: мы не какие-нибудь там купальщицы! Мы – спасатели и дрессировщицы! И главный атрибут этого – гидрокостюм – у нас уже есть! А во-вторых… Хотя вполне хватит и того, что во-первых.

Конечно, в процессе дрессировки можно обойтись и без гидрокостюма. Просто заменить его синтетической одеждой, которая убережет вас от царапин собачьими когтями. Для меня же решающим фактором приобретения этого невторостепенного атрибута стало занятие на воде свежей ранней весной. Решение созрело мгновенно, как только я прочувствовала всю бодрящую мощь майской днепровской воды в пасмурный дождливый денек.

Итак, занятия. Обычно тренировки на воде начинались с тестирования собак: выясняли, кто что умеет и над чем впоследствии нужно будет работать. В тесты входили те же упражнения, которые затем выносились на сдачу нормативов и на соревнования. Это были апортировка, буксировка лодки, спасение утопающего и управление собакой в воде.

Нам с Брэдкой однажды, в дрессировочном лагере в Затоке, на берегу Черного моря, особенно удалась апортировка. Усадив лабрадора у левой ноги и бросив пуллер в открытое море, я строго скомандовала: «Апорт!». Но апорт, подхваченный легкой синей волной, уже аккуратно вынесло нам под ноги. Брэда, так и не успев оторвать попу от песка, только задумчиво проследила взглядом траекторию пуллера….

- Переходите к следующему упражнению! – даваясь от смеха, сказал нам Юра, наш первый тренер по ССВ. – Это уже засчитано!

К слову, за демонстрацию такого зрелища нас наградили почетной гипсовой медалью «Элегантное кидалово».

Первые дни мы были полны энергии: собаки приносили апорты и буксировали лодку; спасали утопающего и доставали резиновый манекен из воды, который имитировал труп. Сначала его так и называли – «труп». Но отдыхающие слегка напрягались, когда Алена, хозяйка черного терьера по кличке Леший, громко кричала на весь пляж: «Леший, возьми труп!». И труп был переименован в Зину.

Но вытаскивать из воды Зину могли лишь немногие. Потому как Зина - эдакий Джек-пот, который нужно было еще заслужить. Разбиться в лепешку, но отработать хотя бы на «удовлетворительно» все упражнения, которые выносились на тесты.

Вот, к примеру, апортировка. Что тут сложного? Собаки любят таскаться со всякими палками и мячами. Требуется только объяснить, что делать это нужно по команде и приносить в руки, а не прыгать, как заведенная, по песку. И все. Но оказалось, что собака собаке рознь. Одни приходили в дикий восторг от одного вида воды и кидались в нее, не дождавшись каких-либо указаний. Другие задумчиво входили в воду, вздыхали, тяжело плыли и все-таки приносили искомое, но умудрялись выронить предмет как раз перед тем, как вы протянули руки, чтобы его подхватить. Третьи же в ответ на команду просто махали хвостом и умильно смотрели вам в глаза, надеясь, что вы сами полезете в воду за апортом, раз уж вы туда его зашвырнули. И только мощная буксировка на поводке в глубины реки отвлекала их от таких мыслей…

В принципе, если вам удалось заставить собаку приносить апорт, с буксировкой лодки проблем возникнуть не должно. Потому как буксировка – по сути, тот же самый апорт, но привязанный веревкой к лодке. Правда, со временем задача усложнялась. К примеру, лодку нужно было притащить за веревку без привязанного апорта. Но веревка была хорошо видна и плавала на поверхности воды.

Затем плавающую веревку заменяли на туристическую, которая свешивалась вдоль борта и была не так заметна. И вот тут-то вы могли полностью продемонстрировать глубину своего словарного запаса, объясняя собаке с берега, чтобы она повнимательнее поискала злополучную веревку. И при этом взяла ее не слишком близко к бортику, чтобы лодка не наплыла на нее, и ваш обожаемый питомец не отправился по стопам Муму.

Спасать утопающего, как того требовали правила, в принципе, несложно. Главное, чтобы собака за ним все-таки поплыла. И Гуля, щедро натертая сухим кормом, сушеной печенкой и иными, не столь литературными, собачьими радостями, с лихвой справлялась с этой задачей.

Иное дело управлять собакой в воде. Она должна плыть рядом, выполнять повороты, плыть вперед…. Нам поначалу трудно было разобраться во всем и понять, что же от нас требуется. Но в воду мы с Брэдкой входили бесстрашно. Я даже бесстрашней, чем она: собака норовила пропустить меня вперед, а сама пристраивалась сзади, толкая меня под коленку носом.

- Плывите рядом! – кричал нам с берега Юра, единственный на тот момент судья и тренер по ССВ.

Ха! Легко сказать – плывите рядом! Брэда все норовила свернуть к берегу и отчаянно царапалась лапами, фыркая мне в лицо. Я силилась отталкивать ее под водой локтем, но это мало помогало. Упрямый лабрадор напирал на меня, как танк.

- Теперь цепляйся за нее и плывите от берега вперед! – раздавалась команда из иной, сухопутной жизни.

Тут-то оно и случилось. Я схватила Брэду за шлейку и попыталась удержать в правильном направлении. Но собака, видимо, решила, что я не только обессилела, но и вконец сошла с ума, раз пытаюсь направить ее к середине реки. Проявив чудеса гибкости, Брэда резво развернулась и попала мне лапой по уху. Внутри что-то зазвенело, и я отпустила шлейку. Собака принялась нарезать круги вокруг меня, периодически прохаживаясь лапами по спине.

- Бульк! – сказала я после очередного круга и ушла под воду. Брэда занервничала и расстроилась. Я вынырнула прям перед мокрым коричневым носом. Тяжелая лапа легла мне на плечо…

- Бульк! – сказала я во второй раз.

На берег мы выбрались с помощью тренера. Бесценный опыт был получен.

И мы с лихвой его использовали, когда учились выпрыгивать из лодки.

Посыл собаки вперед – в никуда – дело довольно непростое. Т. к. для пса нет ориентира, куда он должен двигаться. Нечто сродни «пойди туда, не знаю, куда». А если перед этим нужно еще выпрыгнуть из лодки в воду….

Нас вывезли на середину реки.

- Брэдик, вперед! – жизнеутверждающе крикнула я. Брэдик не поняла – куда? Ни тебе апорта, ни утопающего…

- Ну туда, вперед! – жестикулировала и убеждала ее я.

Ни в какую. Собака ждала от меня более решительных действий. Мне оставалось продемонстрировать все первой. И прыгнуть в воду.

Вы видели, как грациозно опускается в воду лягушка, которую в полете сбили камнем мальчишки? Также ухнула в воду и я. Запутавшись при этом в длинных колючих водорослях. Собаке же надо отдать должное – она прыгнула следом за мной. Причем в ту же точку, что и я. И с размаху, уверенно, опустилась мне на голову.

Я вынырнула, жадно хватая ртом воздух. На голове изящно вились водоросли, через всю щеку алела свежая царапина от собачьего когтя. А нос к носу была до боли знакомая мокрая коричневая морда с расширенными перепуганными глазами.

Как бы там ни было, но прыжок мы все-таки совершили. А царапиной я потом долго втайне гордилась.

3

Дни, наполненные солнцем, рекой, лаем и прогретым лесом, мелькали, как в калейдоскопе. А вечерами закат окрашивал деревья и крыши домиков в мягкий красноватый цвет. Пахло растаявшей днем сосновой смолой и мокрой собачьей шерстью. Влажные борта лодки, стоявшей неподалеку от нас, были в песке и хвойных иголках. На веревках висели гидраки, купальники, плавки, поводки, ошейники, шлейки…

Приятно накатывала усталость. Псы лежали возле ног и дремали. В воздухе все явственней витала мысль о бутылочке хорошего вина…

- А давай быстренько съездим за ним в магазин! – мигом уловив настроение, сориентировалась Наташа. – Машина под боком. А?

Через некоторое время мы были на месте. Вот нравятся мне эти неожиданные решения и быстрое их осуществление…

Как-то так получилось, что только одну бутылку вина в руки не давали. Поэтому ночью неба и звезд было много.

- Я же еще и…. как его… художник, - старательно выговаривала слова Наташа, отодвигая прочь опустевшую стеклотару. – А сосны… смотри… Если глянуть снизу…. ик! Похожи на одуванчики, вот! – она искренне радовалась гениальному сравнению. Мы рассматривали сосны снизу, сбоку и чуть ли не сверху. Ночная роса бодрила наши ладони, колени, спины и даже затылки. Одуванчики вперемешку со звездами водили хороводы на темном бархате неба.

4

Утром липкие остатки сна упорно сковывали непреодолимое желание пойти на тренировку.

- Девочки, вы уже идете? – Катя робко выглянула из-за угла дома. – А то мы уже готовы… Может, поменяемся очередью? У нас на девять.

- Конечно-конечно, - с изрядной долей облегчения радостно согласилась я. – Мы будем к девяти.

Но до этого времени нужно было еще разбудить поклонницу полотна и кисти.

- Наташа, вставай! – тормошила я отчаянную спасательницу. – Идти нужно. Вставай…

-М-м-м… - раздавалось из-под одеяла. – Да-да, уже…

Криста, лежавшая у нее под боком, зевнула, обнажив белые клыки. И сладко вытянулась во весь рост, недвусмысленно демонстрируя свои и Наташины намерения.

У меня голова гудела, а мысли тяжело ворочались. Так… Рюкзак… Шлейка… Собака… Корм. Вроде бы, все. Закрыв дверь на висячий замок, мы в общества Максима пошли на пляж. Учиться спасать.

Мы честно старались хорошо работать: что-то вытаскивали, куда-то плыли, кого-то спасали…

- Таня, проснись! – периодически кричала мне неунывающая Гульнара, которая то и дело выпрыгивала из воды в поблескивающем на солнце гидрокостюме.

- Я не сплю! Не сплю… - невпопад отвечала я.

Брэда что-то увлеченно рыла в камышах, апорт плавно покачивался на волнах. В гидрокостюме было жарко. Глаза слипались. Гуля постепенно превращалась в русалку….

И тут появилась она. Нет – ОНА. Ее глаза метали молнии, а губы дрожали от праведного гнева.

- Таня! Ты зачем закрыла меня в домике?!? – Наташа просто побелела от негодования.

Мою сонливость как рукой сняло. И как меня угораздило запереть дом, зная, что там два живых одушевленных существа?!

- Сначала я негромко стучала в дверь, - слегка задыхаясь, начала Наташа. – Думала, что ты где-то рядом и сейчас подойдешь. Так я прождала минут двадцать. Напрасно. Тогда я поднялась на второй этаж. В окно увидела ребят на скамейке. Благо, раму не заело, и ее можно было открыть! Я давай им орать - помогите, мол, дверь открыть не могу! Не могу выйти! Ору им, руками размахиваю. Так они знаешь что? Мне тоже стали в ответ руками махать! И никто не подошел! Представляешь?

Я искренне сочувствовала Наталье и полностью осознавала свою вину. Но перед мысленным взором неумолимо стояла невольная затворница, размахивающая наверху терема руками. Несмотря на весь трагизм ситуации, я невольно хрюкала от смеха.

- Тебе так смешно?! Но это еще не все! Я все-таки собралась на тренировку, надела гидрокостюм. И решила выбраться через окно на первом этаже. А что мне оставалось делать? Так вот… Я не пролезла! Просто застряла в оконной раме!!!

Я уже не хрюкала. Я уже икала от смеха, закрыв лицо ладонями и вытирая набегающие слезы. А воображение рисовало удивительные картины. Пустынная база отдыха. Ни души, потому как все на реке с собаками. И в одном из домиков – одиноко торчащая из окна фигура девушки, облаченная в гидрокостюм и намертво застрявшая в окне. Мое культурологическое прошлое участливо вытряхнуло из дебрей памяти имя Марка Шагала. Его работы отличались растянутыми, неестественно изогнутыми телами*…

- Я все-таки сумела влезть обратно, - уже более ровным тоном продолжила Наташа. – Сняла костюм, бросила его и рюкзак через окно на улицу. И снова стала вылезать. Хорошо еще, что рядом росла сосна! – ее голос снова стал срываться на высокие нотки. – Попробовала бы ты дотянуться до дерева, а потом по нему спуститься на землю!

Да… «Девушка, слезающая с сосны в пустынном лагере». Холст, масло. Автор неизвестен.

Я, красная от смеха, клятвенно обещала виртуозной гимнастке, что теперь ключами от домика будет заведовать только она.

-----------------------------------------

*Марк Шагал. Над Витебском.

5

Ужинали мы сдержанно. Наташа все еще сердилась. Я же пыталась загладить свою вину, предлагая ей имбирный чай с лимоном.

Деревянный стол, стоявший на улице, был усыпан шишками и мелкими сухими травинками. В железных кружках дымился чай. Атмосфера способствовала примирению.

- Девочки, а к вам можно? – робкая Катя призывно держала в руках шоколадку и печенья к чаю.

- Конечно, присаживайся! – и еще одна чашка чая умиротворенно задымилась на столе. Зазвенела тишина.

- Наташа, - тактично начала разговор Катя, - а тебе что, пришлось через окно лезть?

- Да, - Наталья бросила на меня незабываемый взгляд, - благодаря некоторым.

- А я вот тоже… чуть не застряла, - Катя засмущалась и покраснела.

- О! А ты-то где? - оживилась я, предвкушая не менее захватывающую историю.

- В туалете, - хозяйка Ляли опустила голову, волосы упали на ее пунцовые щеки.

Нужно сказать, что уборная, игриво спрятанная за кустами и соснами, представляла собой довольно монументальное строение. Двери, укрепленные белым пластиком, запирались на массивный хитроумный замок с какими-то кнопочками и пружинками. Внутреннее убранство клозета не радовало ничем выдающимся. Привлечь могла разве что амбразура окна, расположенного под потолком, - вытянутого и узкого.

- Я пошла в туалет, - пришептывая, словно говоря нам о чем-то до ужаса неприличном, - рассказывала Катя. – Закрылась…. А замок заклинило. Дверь дергаю, а она – ни туда, ни сюда.

Катины глаза расширились, словно помогая нам прочувствовать весь трагизм ситуации.

- Я стала стучать в дверь и кричать. Но….никто не откликнулся, - чуть не плача, продолжала Катя. – Тогда я решила вылезть через окно. Перевернула мусорное ведро, стала на него и….

Худенькая Катя, как оказалось, обладала неплохой растяжкой. И дотянувшись руками до окна, она умудрилась закинуть туда ногу и, протащив туловище каким-то невообразимым манером, сумела вырваться на свободу.

- Теперь я без мужа в туалет не хожу, - резюмировала Катя. – Стоит под дверью и ждет меня. А то мало ли что…

К концу этой душещипательной истории Наташа заметно подобрела. Посему как в подобной безвыходной ситуации она была уже не одна.

Я же, разглядывая узкие оконные проемы, серьезно задумалась о похудении. А то не дай Бог…

6

Когда наши волосы начинали приобретать зеленоватый оттенок речных водорослей, а собаки при виде спасательного жилета испуганно закрывали лапами глаза, нам устраивали отдых. В смысле, занятия были на суше. Для хозяев они начинались с устных рассказов.

Эти лекции были насыщенными: наш главный тренер и судья Юра открывал свой ноутбук и переводил с английского фразы под фотографиями. На них были запечатлены спасатели; прыгающие с лодок и вертолетов собаки; счастливые вытащенные утопленники и ошалевшие от такого мастерства зеваки. Мы расширяли свой кругозор и старательно писали в тетрадку. А потом пытались применить услышанное на практике среди песка и сосен. Мы хватали друг друга в захваты, словно утопающие, барахтающиеся в кудрявых волнах. Затем освобождались от них, словно спасатели, оказывающие помощь обезумевшему пострадавшему. Самооценка росла прямо на глазах. Уверенности в своих силах становилось все больше…

- А теперь, когда вы прошли практику на людях, идем спасать собаку, - Юра взял своего ньюфаундленда Марли и направился к реке.

Напоминание о водной стихии плавно направило кривую нашей уверенности вниз. О планах главного судьи мы еще ничего не знали, но то, что придется вновь окунуться, было очевидным.

Лекция на берегу отличалась краткостью, что роднило ее с талантливостью. Ярко были озвучены следующие факты:

- собака тонет, если ее задняя часть опущена под воду, а передними она беспомощно бьет по воде (животное словно становится в «свечку»);

- перед тем, как спешить ей на помощь, нужно попытаться найти владельца и согласовать свои действия с ним;

- если такового не окажется, то действовать по своему усмотрению.

Но помнить, что подплывать к собаке нужно сзади и ни в коем случае не совать ей руки в пасть. Займите зубы, к примеру, пластиковой бутылкой, а под живот просуньте свернутый каремат или детский спасжилет – все плавучее, что сможете найти под рукой. И буксируйте к берегу.

В принципе, все было понятно. Подплыть, приподнять за хвост, просунуть «плавсредство» под живот, закрепить и – на сушу.

- Ну, если вам все ясно, перейдем к практике. Тонущей собакой будет Марли, - и главный судья потрепал своего питомца, который явно озадачился такой перспективой. Но тем не менее пошел «тонуть». Что ж, сейчас мы его спасем. Теоретические знания у нас есть, самооценка тоже на уровне. Главное – не перепутать последовательность действий. И захватить с собой спасательные средства. И не забыть задать пару вопросов хозяину. И….

Ха! Наивные! Мы опасались совсем не того! Труднее всего было поймать Марли! Который, к слову, вовсе не обладал актерским талантом. Он не тонул, закатывая глаза и становясь в «свечку», а благородно и весьма быстро греб к берегу. И чтобы его спасти, его нужно было натуральным образом догнать! Мокрые спасатели, обвешанные пластиковыми бутылками, веревками и ковриками тщетно раздвигали волны, пытаясь спасти чистокровного ньюфа. Некоторым удавалось почти возле берега схватить его за хвост и начинать совать под живот предметы спасения. А пока юные лайфгарды пытались их закрепить, Марли уже уверенно стоял на берегу…

Лекции закончились. Дух беззаботности едва начинал витать в воздухе…

- Сегодня жеребьевка, - сказал, как отрезал, Юра.

Легкий холодок пробежал по спине. Как? Уже? А так все хорошо шло…

Сосновый стол украсила куча розеток. Юра, не обращая внимания на их девственную чистоту, смачно рисовал на оборотах цифры.

- Тяните!

Участники стали тянуть жребий.

- Восьмой….

- Пятый… - раздавались голоса.

Нам выпал первый номер. Стас, хозяин благодушного Йорика, дружески похлопал меня по плечу:

- Ну, я вам не завидую…

-?

- Как бы тебе сказать… В начале соревнований Юра такой…. Трохи прискипливий.

Ободренные таким напутствием, мы побрели к домику.

7

И вот, соревнования на Кубок Днепра. Казалось, ничего особенного в этом дне не было. Только участок пляжа был отгорожен белой, трепещущей на ветру, лентой. А Юра, взяв в руки блокнот с ручкой, принял загадочный вид.

В остальном – все знакомо. Те же упражнения, накатанные за две недели. Те же люди. Те же собаки.

Но какая-то дрожь появлялась в груди, а по спине начинали маршировать мурашки. Раз-два, раз-два…

- Уважаемый судья! – мы с Брэдой подошли на доклад к Юре, который улыбался, но уже был судьей. – Дрессировщик Татьяна и лабрадор Брэда к испытаниям готовы.

- Готовьтесь.

Собака таращилась на меня и Юру, не понимая, почему у хозяйки такой неестественно напряженный голос, а на судью нельзя прыгнуть и вылизать ему уши.

Первое упражнение. Апортировка. В голове стучало и перемешивалось. Так. Не зайти в реку при команде, иначе будет посыл из воды - штрафные баллы. Дать команду, когда апорт коснется воды, не раньше. И главное – собаку, собаку не потерять!

- Начали!

Гуля выбросила из лодки продолговатый предмет. Он коснулся водной глади.

- Апорт!

Брэдка вбежала в воду и поплыла. «Возьми его и плыви ко мне! Не отвлекайся на лодку! Не вырони по пути!» - сотнями молоточков стучало у меня в мозгу. Чуть отпустило, когда мокрый апорт оказался у меня в ладонях, а Брэда плюхнулась в сухой горячий песок.

Второе упражнение. Буксировка лодки.

- Вперед!

«Лишь бы увидела! Лишь бы увидела!»

- Возьми!

Сердце колотилось: тук-тук-тук-тук….

- Ко мне!

Моя лабра схватила апорт и поплыла к берегу.

«Так, так, молодец! Теперь плыви прямо на меня, на меня!» - мысленно кричала ей я. Сейчас нужно взять апорт, подтянуть к себе лодку и хлопнуть по поднятой руке помощника. Сделали.

Третье. Спасение утопающего. Тут подводных камней было много. Чтоб собака не сорвалась по первому крику утопающего. Только по команде. Чтоб вообще зашла в воду и доплыла до цели. Не стала кружить вокруг человека. Дала себя схватить. Приплыла к берегу.

- Помоги! – закричала Гуля.

- Вперед! – ответила ей я. – Обойди!

«Один раз! Плыви вокруг только один раз!» - чуть ли не молилась я.

- Брэда, ко мне!

Гуля была спасена.

Четвертое. Управление собакой в воде. Тут главное, чтобы собака зашла рядом со мной, а не пропускала вежливо меня вперед. За это снимают баллы.

- Рядом!

Ритм удалось поймать, и мы не быстро, но вместе вошли в реку.

- Рядом! – мы перешли на плавь. Собачьи когти изредка задевали меня по руке.

- Остановка! – донеслось с берега.

- Рядом! – Брэда сделала возле меня круг.

- Вперед! – я уцепилась за шлейку, и собака потащила меня прочь от берега.

- Остановка! – раздалось спустя несколько мгновений.

- Рядом! Берег!

«Рядом при выходе… Выйти ровно… Подойти к судье…», - думала я, сжимая пальцами шерсть.

«Плыви ровно на берег! На берег! – гипнотизировала я мокрый собачий затылок.

- Рядом!

Мы вышли.

- Спасибо! – поблагодарил нас судья.

Все. Спокойно выйти. И бегом, бегом в домик – отдышаться, прийти в себя. И ждать второго тура.

8

«Кубок инструкторов», или соревнования Canis Major, – это состязания по умению сориентироваться и управлять собакой в незнакомой ситуации. Упражнения обычно заранее неизвестны и оглашаются только тогда, когда вы стоите уже на старте. Все участники уходят подальше от пляжа и вызываются по одному.

- Максим! – тихонько позвала я. Как же хорошо, что со мной в лагерь поехал ребенок! – Посмотри там аккуратненько, что собачки делают, хорошо? А потом мне расскажешь.

Макс скрылся в кустах. Ну, предупрежден – значит, вооружен. И вообще – все средства хороши… Ветки зашевелились. Макс вернулся с боевого задания.

- Ну, что они делают?

- Собаки плавают, а Гуля кричит «Помогите!».

Н-да, практически ничего.

- Ну, а дядя Юра что говорит?

- Ничего не говорит, только смеется…

Хитроумный план провалился. Пришлось идти в неизвестность.

Мы вышли на пляж. По песку были разбросаны веревка, линь, апорты… На волнах покачивалась лодка, с которой хитро улыбалась что-то задумавшая Гуля.

- Ой, помогите! – начала причитать она. – Весла потеряли, добраться до берега не можем…

- Есть условие, - Юра опередил наш порыв. – Дрессировщик не умеет плавать.

М-да… Ну не умеет, так не умеет. Подумаешь! Нужно только дать Брэдке линь с апортом и попросить отнести к лодке. Страждущие хватаются за веревку, я тяну лодку к берегу. Опа!

Собака поплыла, держа в зубах апорт. Веревка неторопливо скользила у меня в руках.

- Будьте добры, возьмите у собачки апортик! – прокричала я, когда Брэда достигла лодки.

- А мы не можем, мы собачек очень боимся!

Упс! Тайна хитрой Гулиной улыбки, напоминающей по своему коварству улыбку Джоконды, была раскрыта. Делать-то что? Пока я очухивалась от такого подвоха, собака полезла на лодку, упала обратно и чуть не перевернулась. Пришлось звать ее на берег. Лодка с терпящими бедствие уносилась вдаль по реке…

Вторым этапом Canis Major была проверка реакции собаки. Лодка с хозяином и его питомцем выставлялась на середину реки, а Юра, стоя по плечи в воде, поддерживал ее, чтобы испытуемых не утащило по течению. По сигналу судьи хозяин молча вываливался в воду и притворялся мертвым.

Первыми отправились Стас и Ерик. Умудренный жизненным опытом зенненхунд (или как коротенько называл его хозяин – бернская водно-спасательная собака) покорно зашел в лодку, печально озирая берега. Видно, что сегодня вода его привлекала мало. И решение не покидать судно было основательным.

Юра чуть заметно кивнул. Стас мешком вывалился за борт. И… Тут мы все стали свидетелями оглушительного успеха опыта и всеобъемлющего знания своей собаки. Даже не скрупулезной дрессировки или горячей привязанности четвероного. А именно некоего «мышечного» опыта хозяина. Падая, Стас так качнул лодку, что Ерик не удержался и просто выпал с другого борта! Поневоле, нехотя, сам того не желая. Но тем не менее, задания было выполнено на «отлично»: собака очутилась в воде вслед за хозяином. А дальше пес-спасатель медленно подталкивал корчащееся от смеха «тело» Стаса к берегу. Одним словом, талант.

Следующими были мы. Учитывая все увиденное, я лихорадочно пыталась составить план действий.

«Так, - думала я, когда мы с Брэдкой сидели в лодке посреди реки, а Юра не сводил с нас внимательных глаз. – Так… Нужно как-то незаметно привлечь внимание собаки, когда я буду падать. И вообще, пусть она все время смотрит на меня».

Я принялась тихонько барабанить пальцами по бортику. Брэда увлеченно рассматривала дичь в камышах.

- Давай, - чуть заметно кивнул главный судья.

Я явно проигрывала цапле в умении привлечь внимание лабрадора…

Вода заливалась за шиворот и в уши. Волосы намокли. Изображать труп, оказывается, не так уж и приятно.

Цапля, наконец, улетела. А Брэда, заметив мое отсутствие, стала на бортик и уже готова была прыгнуть! Но увы… Она предпочла созерцание.

«Ладно, - подумала я. – Сейчас лодка чуть повернется, Юра не будет меня видеть….». Как только это произошло, я принялась усиленно шевелить руками и ногами, показывая собаке, что я не совсем еще мертвая и меня можно спасти. Брэда с интересом рассматривала меня, но с места не двигалась.

«Скотина, - подумала я. – Вот скотина…».

Я попыталась издавать какие-то звуки. Ноль. Когда лодка в очередной раз скрыла строгий лик, я уже вовсю отчаянно жестикулировала, взывая к собачьей совести. Но как только в поле зрения попадали мягкие очертания тренера, я сразу принимала исходное положение трупа. Народ на берегу валялся от смеха.

Расстояние между мной и лодкой все увеличивалось…

- Зови уже! – раздалось оттуда.

- Брэда, ко мне! – мой голос был осипший и отчаянно мокрый. Собака плюхнулась в воду и поплыла.

- А теперь снова умри!

Пришлось опять ложиться на спину, раскинув руки по воде. Предполагалось, что собака, доплыв к бесчувственному хозяину, зубами возьмет его за руку и притащит на берег. Брэда, видимо, этих инструкций не читала. Собачьи лапы прошлись по моему животу. Раз, второй, третий… Мокрый нос ткнулся в щеку. Задняя лапа больно ударила по ноге.

- Брэда, берег, - сквозь стиснутые зубы прошептала я.

Суша была все ближе. Я все еще изображая бесчувственное тело, чуть держалась мизинцем за шлейку. И представляла идиллическую картину спасения хозяина лабрадором, которая должна была открываться с берега… Но народ почему-то не унимался, и до меня доносились раскаты смеха.

«Да в чем же дело-то?» - недоумевала я.

Пришлось поднять голову и оглядеться. Собака-спасатель тянула меня не на чистый песчаный пляж, а в дремучие заросли камышей. Вокруг плавали перья и черные пятна чего-то маслянистого. Вот блин!

Я поспешно отцепилась и тут же провалилась чуть ли не по пояс в густую вязкую тину. Твою мать…

Грязные и мокрые, мы вышли на берег. Юра иронически оглядел нас, ставя под сомнение честность выполнения задания.

- Вот что самое удивительное, - сказал он. – Почему-то все думают, что если меня не видно за лодкой, то я напрочь теряю слух. И мне не слышно ни ваших тихих подзывов, ни всплесков от ваших отчаянных жестов… Н-да.

9

День был закончен. В большой красной миске мариновались куриные сердечки. Блестящие лезвия ножей соперничали с бликами солнца. Изменчивые формы пучков зелени подчеркивали упругую строгость огурцов. Залитые краской помидоры вторили формам тарелок. Подтянутые ряды бутылок опровергали хаотичность дымящихся в мангале дров. Все намекало на торжественный ужин.

Судья раскладывал наградные розетки, подписывал дипломы. Рядом стояли деревянные статуэтки: ньюфаундленд, опирающийся на спасательный круг.

- Итак, - Юра держал в руках чуть подрагивающие листы дипломов. – Сегодня все наши новички набрали необходимое количество баллов для получения сертификата «Собака-спасатель». Поздравляю всех вас.

Что же касается общего количества баллов, то ситуация следующая. Из двухсот возможных набрали…

Юра оглашал список с конца. Джеймсон…. Нэнси… Баха… Криста…

- И победитель наших соревнований с результатом 199,5 балла – Брэда!

Солнце неожиданно ярко вспыхнуло в кронах деревьев и ослепило. Лучи рассыпались в хвое сотнями радужных брызг.

Первые….

-----------------------------------------------------

А вот еще немного фотографий года нынешнего:

Неделя с Аргументами. Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия редакции

© 2017 Еженедельники "Аргументы недели", "События недели"

Обратная связь: