Hudaki Village Band – это наш карпатский блюз!

Hudaki Village Band – украинский фолк-бэнд из села Нижнее Селище Хустского района Закарпатской области. Они хорошо известны, например, в Амстердаме, а вот украинский зритель только начинает знакомиться с ними. Чем привлекают «Гудаки» и что в них такого особенного?

Фото: Антон Шемяков

Идея объединить разрозненных сельских музыкантов в серьезную «банду» пришла в голову гражданину Австрии, который волею судьбы оказался в Нижнем Селище. Юрген КРАУФТНЕР приехал в Закарпатье как волонтер для помощи общине, но влюбился в украинскую девушку и остался жить в Украине. Он создал Hudaki Village Band, в котором играет под именем Юрий Буковинец. «Гудаки» делают настоящий «карпатский блюз», никогда не пользуются нотами и всю музыку «держат» в головах. О том, как создавались «Гудаки», – в эксклюзивном интервью Юргена Крауфтнера «Аргументам недели».

Фото: Юлия Шемякова

– Юрген, рассказывайте: почему Украина?

– Для этого нужно начать с того, кто я. Я отказался от жизни в Вене, но, чтобы это понять, необходимо смотреть назад на историю Европы в целом. Я родился в Вене в 1961 году в обеспеченной семье. Вена хороший город, но те интеллектуалы, которых я очень уважаю, ненавидят этот город. Точнее сказать, ненавидят то лицемерное общество, которое там сформировалось. В Вене есть реальная интеллигенция, жестко пишущая о ситуации в современном обществе, о его иерархии и лжи – какое оно с виду благополучное, но пропитанное ложью.

– Надо же, с моей точки зрения, как рядового жителя Украины, Вена кажется сказкой, городом-мечтой, в котором обязательно нужно побывать и выпить чашечку кофе...

– Конечно, со стороны все по-другому видится. А как, думаете, люди с Запада смотрят на Украину?

– Как? Жалеют, сочувствуют?

– Жалеют? Нормальные люди не жалеют, жалеть – это слишком странное отношение. Девяносто восемь процентов населения Европы считают, что это далеко и их не касается, да и в Сирии в сто раз хуже. Главная тенденция – это закрывать границы, чтобы беженцы не пришли. И в этом есть пример фантастического лицемерия, о котором я говорил! В Вене слишком сытые люди, там замечательная кухня и много сладостей, этого достаточно, чтобы не смотреть дальше. Я поэтому и уехал – не мог там жить: слишком тесно. Там нужно жить, чтобы покупать больше машин, вещей, больше потреблять. У меня не было и нет таких стремлений. Жизнь как у моих родителей – мне это скучно, когда все есть и ничего не нужно делать. Мне это не интересно, мне нужно двигаться дальше, нужны какие-то перемены, изменения, общественные в том числе. И когда мне было восемнадцать лет, а я тогда учился в консерватории, окончил среднюю школу и собирался поступать в университет, я все бросил и уехал жить во Францию в коммуну.

– Что такое коммуна?

– Это когда все делится поровну. У нас была земля, мы выращивали все сами, плюс были общественные работы. Я тогда узнал, что в некоторых районах люди работают как рабы на фермах – овощи и фрукты, которые поступают в супермаркеты Европы, могут быть выращены с помощью труда бесправных людей. Я участвовал в движении, первом в Европе, выступающем против использования такого труда.

– Вы революционер?

– Я анархист. Анархия в моем понимании – это солидарный образ жизни. Конечно, это утопия, но я так хочу жить. У меня нет личной собственности – ни машин, ни недвижимости. Я против системы капитализма и считаю этот образ жизни диким. Человек не к этому должен стремиться в своей жизни. Я хочу больше отдавать, чем брать.

– У нас часто говорят, что анархия – это вседозволенность.

– Нет. То, о чем вы говорите, – это хаос.

– Вы гражданин Австрии?

– Да. Но я космополит.

– Вернемся к вопросу, как вы попали в Украину.

– Конечно. Я жил в коммуне во Франции и решил, что я там все понял. Открывалась миссия в Украине, и я приехал строить коммуну в закарпатское село, это было в 1997 году. Приехал и влюбился. Украинские девушки – они совершенно не такие, очень красивые и другие. Но это была не единственная причина, почему я остался. Здесь очень интересно и есть что делать.

– У вас отдельная коммуна в закарпатском селе?

– Мы создавали коммуну в Нижнем Селище, с нами начинали студенты и волонтеры. Случайно выбрали это место и начали строить. Мне было все непонятно, но очень интересно. А сейчас это настоящая община, и мы живем как все.