Энрико Карузо:  Тенор, изменивший мир.

Неаполитанского тенора Энрико Карузо по сей день принято считать одним из наиболее одаренных и прославленных оперных певцов, когда-либо существовавших в музыкальном мире. Он прожил непродолжительную, но яркую жизнь. Ему пришлось многое испытать: нищее детство и феноменальную популярность, миллионы долларов на счету и взрывы бомб на спектаклях, рыдающую от счастья публику и разгромные статьи в прессе…

Солист церковного хора

Обладатель уникальнейшего по своей красоте голоса появился на свет в беднейшем промышленном районе, на окраине солнечного Неаполя, в многодетной семье рабочего-механика. Заработанных отцом денег едва хватало на то, чтобы прокормить многочисленное семейство. По этой причине Энрико, как и его братья и сестры, не имел возможности получить приличное образование и стать преуспевающим инженером, как мечтали родители. Зато благодаря пению в церковном хоре собора Сан Джованелло, производившему неизменный фурор, мальчуган за короткий срок стал местной знаменитостью.

Его неповторимый голос звучал на улочках солнечного Неаполя во время исполнения заказных серенад, в домах меломанов-богачей и на дружеских вечеринках. Вспоминая впоследствии годы восхождения на музыкальный олимп, великий тенор признавался: «Я часто голодал, но никогда не был несчастным». Его вдохновляли уроки, которые он брал у неаполитанских мастеров сольфеджио и исполнителей-профессионалов. Поэтому можно понять разочарование молодого дарования, когда он, добившись прослушивания у знаменитого Анджело Мазини, услышал от него только замечания и указания на недостатки.

Однако, как утверждают биографы, после ухода огорченного Энрико его учитель пения услыхал от мэтра абсолютно противоположное. Мазини восторженно признал, что у юноши самый восхитительный голос из тех, которые ему приходилось слышать. «Но, умоляю вас, не говорите ему об этом! Пусть лучше думает, что у него есть кое-какие способности, которые надо развивать ежедневным упорным трудом. Это ему не повредит», – добавил при этом знаменитый тенор.

Невероятный взлет

Дебютное же выступление начинающего певца состоялось в 1894 году в неаполитанском театре «Нуово» в оперной постановке Морелли «Друг Франческо». Яркий и неповторимый голос Карузо не только привлек внимание публики, но и вызвал небывалый интерес среди многочисленных музыкальных критиков и профессионалов. Даже прославленный Джакомо Пуччини, впервые услышав голос певца, не удержавшись, назвал его «посланником Бога»!

Однако всемирное признание и слава известного тенора пришли к нему после исполнения партии Рудольфа в опере «Богема» на сцене знаменитого театра Ла Скала. Следует отметить, что именно на данных оперных подмостках неаполитанский соловей познакомился, а затем и выступил в легендарной постановке «Мефистофеля» Бойто вместе с прославленным российским басом Федором Шаляпиным. Интересен и тот факт, что этих двоих неординарных исполнителей и в дальнейшем связали не только совместные выступления, но и теплые дружеские взаимоотношения, а также общее пристрастие к рисованию.

Покорив итальянскую публику, Энрико отправился в первое в своей жизни зарубежное турне. Его концерты с аншлагами прошли по России, пленили лондонский Ковент-Гарден, Гамбург и Берлин. А в 1903 году следом за покоренной Европой наступил черед и Нового Света. Получив официальное приглашение стать солистом Метрополитен-опера, Карузо, не колеблясь, эмигрирует в США, где в течении почти двух десятков лет выходит на нью-йоркскую сцену в качестве ведущего солиста этого театра.

Отныне, по иронии судьбы, родная Италия имела возможность лицезреть бывшего неаполитанского соловья лишь во время его гастролей. Зато он за это время открыл 17 сезонов знаменитого нью-йоркского театра, на протяжении которых в его исполнении прозвучали фактически все имевшиеся на тот момент партии тенорового репертуара. К слову, данное достижение сумел побить лишь Пласидо Доминго, открывший в театре 18 сезонов.

С течением времени популярность Энрико возрастала, подобно снежному кому. В прямой пропорциональности к ней росли и его гонорары. Так, выступая в провинциальных итальянских театрах на заре своей вокальной карьеры, начинающий тенор мог рассчитывать лишь на 15 лир за каждое выступление. Зато став солистом Метрополитен-опера, Карузо за каждый спектакль получал уже более 2,5 тысяч долларов.

Избирательный профессионал

В немалой степени распространению популярности, а с ней и значительному увеличению доходов певца способствовало изобретение звукозаписи и граммофона. Ведь именно непревзойденный неаполитанский соловей в числе первых среди оперных певцов согласился записываться на граммофонных пластинках, причем делал он это в довольно крупных масштабах.

А началось все с того, что в апреле 1902 года два продюсера одной из звукозаписывающих компаний всего лишь за 100 фунтов стерлингов сумели уговорить на тот момент малоизвестного солиста Ла Скалы записать свой первый диск. В течение же последующего времени певец в общей сложности выпустил около 500 альбомов, каждый из которых разошелся огромным числом копий.

Впоследствии за запись каждой очередной пластинки Энрико получал по 5 тысяч фунтов стерлингов, войдя, таким образом, в мировую историю в качестве первого исполнителя музыкальных произведений, продавшего миллион дисков с записями своих оперных арий. Кроме того, по свидетельствам исследователей творчества гениального тенора, он довольно серьезно и с небывалой ответственностью относился к пению в студии.

Многократно переписывая одно и то же произведение, Карузо на протяжении двухчасового сеанса успевал напеть не более двух-трех сочинений. При этом весьма трепетно относясь к композициям, он любил исполнять все партии на языке оригинала, считая, что никакой перевод не способен донести до зрителей всех замыслов композитора. Известно также, что если через несколько дней, прослушав практически готовую пластинку, артист выявлял в исполнении недостатки, произведенная запись браковалась, и весь процесс начинался сначала.

Кроме безупречного голоса, которым восхищался весь мир, Энрико обладал множеством других талантов: он играл на фортепиано, трубе, гитаре, писал песни, увлекался скульптурой, живописью и даже обладал даром карикатуриста. И как утверждали его друзья, если бы он серьезно не занялся музыкой, то с легкостью мог бы стать великолепным художником.

Недолгое счастье

Приземистый, широкоплечий, с широкой грудью и забавными усами смешливый итальянец производил неотразимое впечатление на женщин пленительным волшебством своего голоса. По этой причине ему зачастую приписывали романы не только с оперными дивами, но и с многочисленными почитательницами его таланта. Правда, будучи «неистовым неаполитанцем», Энрико, мгновенно вспыхивая, также стремительно остывал к объекту своей страсти.

Однако надо отметить, что, несмотря на массу любовных интрижек, Карузо весьма основательно подходил к подбору кандидатки на должность официальной жены. Лишь серьезно присмотревшись во время российского турне к сопровождавшей его оперной певице Аде Джакетти, бывшей на 10 лет старше, он решился на совместную с ней жизнь. И хотя официальный брак так и не был заключен, пара прожила вместе 11 лет, и Ада родила ему сыновей – Родольфо и Энрико-младшего.