«Стволы» и деньги. Как оружейные компании становятся банкротами

Одна из самых знаменитых фирм, выпускающая огнестрельное оружие, Remington, признала себя финансово несостоятельной. Из-за дефицита средств компания пропустила срок выплат акционерам и была вынуждена уславливаться с кредиторами о переговорах по поводу реструктуризации имеющихся долгов. Чтобы попробовать остаться на плаву, Remington Outdoor Company Inc. прибегла к 11 статье Кодекса о банкротстве. Таким образом, хотя бы не придется с молотка распродавать имущество и удастся продолжить функционирование компании. Есть шанс, что существование двухсотлетнего бренда продолжится. Но, скорее всего, уже под руководством новых хозяев.

Славное прошлое

История компании началась в 1816-м, и ее зачинателем стал сын кузнеца Элифалет Ремингтон. Отец как-то послал его за запчастями для ружей. Второй, не оглашаемой целью путешествия должен был стать своего рода промышленный шпионаж: Элифалету вменялось в обязанность ознакомиться с навыками и технологиями кузнецов-конкурентов. Парень задачу выполнил, но вернулся несколько разочарованным. Он был уверен, что в тандеме с отцом может разработать значительно более совершенные комплектующие, нежели те, что выпускаются в других мастерских.

Осенью 1816-го Ремингтон создал первый прототип своей винтовки, оснащенной ударно-кремневым замком. Для демонстрации ее возможностей 23-летний изобретатель записался на соревнования по стрельбе. И хотя занял он только второе место, рекламная кампания оказалась успешной: его винтовка восхитила как зрителей, так и участников, и Ремингтон вернулся в кузню с внушительным списком заказов.

Успех на стрельбище привел к необходимости расширения производства: мощностей маленькой мастерской, имевшейся в хозяйстве Ремингтонов, уже не хватало. Кузница переехала на расположенный неподалеку небольшой завод, производивший «огнестрел». В дальнейшем фабрику неоднократно приходилось расширять, модернизировать и перестраивать. Но завод существует и сейчас, продолжая выпускать оружие.

Впрочем, сохранить бизнес чисто семейным у Ремингтонов не получилось, и в 1888-м компания была продана Марцеллусу Хартли, который в Гражданскую войну занимался снабжением оружием северян. Фирма из E. Remington & Sons превратилась в Remington Arms.

Почти через столетие после образования компании, в 1912-м, она слила активы с Union Metallic Cartridge Company, крупнейшим на тот момент производителем боеприпасов. Сделка была выгодна обеим сторонам: получился концерн полного оружейного цикла.

Название вновь изменилось, теперь фирма фигурировала как Remington-UMC (вторая часть – аббревиатура имени второго члена объединения). Ход оказался суперуспешным: в Первую мировую войну концерн стал лидером поставок вооружения. Причем под каждого заказчика разрабатывался персональный вариант, с учетом его вкусов и предпочтений в стрелковом оружии. Для французов производились винтовки Бертье, для англичан – «энфилды», для солдат Российской империи – знаменитые винтовки Мосина. А уж когда в войну вступили и Штаты, объем заказов (а значит, и прибыли) достиг заоблачных высот.

Правда, ликование длилось недолго. Сначала стала подводить Россия: из-за политических пертурбаций перебои с оплатой стали делом обыденным. Мало того, после революции заказы на оружие делало правительство Колчака, выставившее залогом царское золото. Remington поставил белым 245 тыс. винтовок, но после победы большевиков последние отказались оплачивать оставшиеся от проигравшей стороны долги.

Дальше – больше. Война перешла в вялотекущую фазу, а после и вовсе закончилась. Концерн оказался на грани разорения, поскольку имел массу складов, забитых продукцией, – и ни одного серьезного покупателя. Тогда компании удалось выкрутиться: она срочно переориентировалась на выпуск спортивного и охотничьего оружия.

Современные реалии

Новый виток проблем у Remington начался уже в текущем тысячелетии. Для начала Барак Обама своим политическим курсом практически поставил крест на популярности стрелкового оружия в Штатах. С каждым годом объемы продаж «стволов» только падали. По подсчетам заинтересованных лиц, вопреки распространенному мнению, далеко не каждый американец владеет личным оружием. Половина «огнестрела», проданного частным лицам, сосредоточена в руках всего-навсего 3% граждан США. То есть их уже можно назвать чистой воды коллекционерами – по 17 единиц оружия на человека.

Остальные даже не задумываются о перспективе стать владельцем оружия. А это порождает следующий конфликт: владея множеством стреляющего оборудования, люди пользоваться им не собираются. То есть за боеприпасами в магазин не ходят. При этом оружейные концерны именно на патронах зарабатывают большую часть своих денег.

У производителей винтовок была надежда на приход к власти Трампа, который к огнестрельной индустрии относился вроде бы лояльно – кандидат клятвенно обещал до 2021-го не накладывать новых ограничений, способных осложнить ситуацию на рынке. Не наложил, но и спрос на продукцию Remington и его коллег-конкурентов возрастать не начал.

Ситуацию осложняют и инциденты со школьными перестрелками. Оружейники могут сколько угодно рассказывать, что «винтовка стреляет только в руках человека». Им все равно приходится оправдываться перед общественностью и прессой за каждый эпизод открытия огня в местах общего пользования, тем более когда это касается детей.

Особенно трудно концерну Remington пришлось в 2012 году, когда Адам Ланза явился в коннектикутскую начальную школу, вооруженный пистолетом производства компании Glock и карабином Remington. Его жертвами стали два десятка детей 6–7 лет и шестеро взрослых. То, что убийца застрелился, едва заслышав полицейские сирены, никоим образом не обеляло моральный облик производителей вооружения. Во всяком случае, в глазах среднестатистических американцев.

Прибавились и неприятности чисто технического плана. Покупатели, приобретшие продукцию Remington, начали жаловаться на обнаруженные в нем дефекты еще в 2010-м, а в 2017 году претензии приобрели лавинообразный характер. Игнорировать заявления никто и не собирался, поскольку жалобы были на нелады в спусковом механизме ружей. Дефект приводил к самопроизвольному срабатыванию даже без нажатия на курок – а это делало оружие смертельно опасным даже в руках опытного, осторожного, соблюдающего технику безопасности пользователя.

По постановлению суда Remington теперь должен заменить механизмы спуска в 7,5 миллионах единиц продукции. Причем разных моделей: дефектными оказались 11 версий ружей и один из вариантов пистолета. На исправление ошибок концерн должен пустить $ 12,5 миллионов. Причем это нижняя планка: несмотря на то, что ряд спусковых механизмов, использовавшихся между 2010 и 2017 годами, уже снят с производства, владельцам ружей с неисправными комплектующими Remington тоже остался должен: суд обязал компанию бесплатно выделить им любую деталь по выбору стоимостью до 12,5 долларов.

«Контрольный выстрел» концерн получил, как ни странно, от нового своего владельца. Стивен Файнберг, миллиардер, соратник Дональда Трампа и хозяин фонда Cerberus Capital Management, в 2007 году выкупил Remington, но то ли ошибся в своих бизнес-расчетах, то ли мало уделял компании внимания, то ли экономил на вложениях и качестве – в любом случае, результат оказался плачевен: за 10 лет фирма, уверенно державшаяся на плаву, стала банкротом с долгом в миллиард долларов.

Банки и инвестиционные компании в кредитах и помощи отказывают, аргументируя свою позицию непрозрачностью работы концерна. Что у него имеются проблемы, финансисты знали давно. Однако не могли даже предположить масштабы этих проблем. Кроме того, Файнберг не составил (или не ознакомил мир) с планами выхода из сложившегося кризиса.

Что будет дальше с Remington, решать, скорее всего, станут держатели долга компании. Наконец-то ее представители приоткрыли завесу тайны над своим положением и огласили прогноз на ближайшие перспективы. В которых, как уже сказано, просьба о признании концерна банкротом и предварительные предложения по реструктуризации.

Предстоит передел акций: между инвесторами, имеющими кредитные ноты больше чем на полмиллиона долларов, будет поделено 82% выпущенных акций, остальные распределятся между держателями облигаций концерна – теми самыми, что так и не дождались выплат по ним. Есть и другие финансовые предложения, которые понять непосвященному человеку довольно трудно. Главный факт: кредиторам предлагается дать Remington еще один заем, в 100 млн долларов.

Тогда компания продержится в течение периода банкротства и сумеет пережить реструктуризацию. Но согласятся ли на такой шаг финансисты, и так терпящие убытки, неизвестно. Как говорится, время покажет. В любом случае, они явно намерены тщательно изучить как оружейный рынок, так и перспективы самого Remington.

По стопам «Кольта»

С банкротством и необходимостью выкручиваться из сложившегося положения Remington столкнулся не первым. Три года назад аналогичный путь пришлось пройти другому гиганту, производящему вооружение, концерну Colt Defense, являющемуся преемником Colt’s Manufacturing Company, который, в свою очередь, некогда был основан легендой стрелкового оружия Сэмюэлем Кольтом. И если о винтовках Remington в широком мире наслышаны преимущественно спортсмены и охотники, то о «Кольте» – все любители детективов, вестернов и боевиков.

Летом 2015-го Colt Defense объявил о настигшем его банкротстве, вызванным тем, что доходы компании не давали ей возможности перекрыть кредитную нагрузку. Причем долгов у концерна было почти втрое меньше, чем у Remington, не миллиард, а «всего» 355 миллионов.

Проблемы вызваны были падением продаж в целом и отказом правительства от использования в государственных целях винтовки M4 в частности. Концерн не смог ни найти новый рынок сбыта продукции, ни предложить военным альтернативу, ни переориентироваться – и гигант рухнул.

Неделя с Аргументами. Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия редакции

© 2017 Еженедельники "Аргументы недели", "События недели"

Обратная связь: